«Ты иудейский царь?»
Добавлено: 05 авг 2017, 09:31
Если первоначально вопрос Пилата, как римского прокуратора*, вполне понятен, то дальнейшее его расследование дела Иисуса, да и сам ход дела немного ставит в тупик.
*Примечание. Прокура́тор (лат. Procurator — заведующий, управляющий) — в Древнем Риме название управителя вообще. Исторически так называли слуг, управляющих господскими имениями, затем, с появлением одноименной государственной должности — высокопоставленных чиновников, заведующих той или иной частью императорского имущества и управляющих провинциями.
По отношению к императору прокуратор был ответственным лицом; он должен был в каждом отдельном случае отдавать отчёт во всех своих действиях, не мог ни продавать императорского имущества, ни передавать его; он был только управляющим, хотя в указанных границах действия его имели силу действий самого императора.
Кроме провинциальных прокураторов, которые имели отношение к фиску и имуществу императора, были ещё procuratores Caesaris pro legato, которые управляли незначительными областями, относившимися к разряду императорских провинций (Каппадокия, Иудея). Эти прокураторы находились под контролем ближайшего императорского наместника (legatus pro praetore); так, Понтий Пилат был procurator Caesaris pro legato и подчинялся сирийскому наместнику…. После жалобы самаритян на кровавую расправу, учинённую Понтием Пилатом, в 36 году римский легат в Сирии Вителлий (отец будущего императора Вителлия) отстранил его от должности и отправил в Рим. Дальнейшая судьба Пилата неизвестна.
Правление Пилата ознаменовалось массовым насилием и казнями. Налоговый и политический гнёт, провокационные действия Понтия Пилата, оскорблявшие религиозные верования и обычаи иудеев, вызывали массовые народные выступления, беспощадно подавлявшиеся римлянами. Современник Пилата философ Филон Александрийский характеризует его как жестокого и продажного самодура, виновного в многочисленных казнях, совершённых без всякого суда. Иудейский царь Агриппа I в письме императору Калигуле также перечисляет многочисленные преступления Пилата: «подкуп, насилия, разбойничество, дурное обращение, оскорбления, непрерывные казни без вынесения судебного приговора и его бесконечная и невыносимая жестокость» (портал ru.wikipedia.org).
Действительно, иудеи, зная нрав и характер Пилата, скорее всего, рассчитывали на скорое его решение, поэтому выставляют дело без упоминания каких-либо подробностей: «…Пилат вышел к ним. - В чем вы обвиняете этого человека? - спросил он. - Не будь Он преступником, мы бы не привели Его к тебе, - ответили они. Пилат сказал: - Берите Его сами и судите по вашему закону. - Но у нас нет права никого казнить, - возразили иудеи» (Ин.18:29-31;IBS). Однако, заподозрив что-то неладное (состав и представительство делегации, время, а также поспешность накануне праздника, ведь этот вопрос можно было бы и отложить, отправив Иисуса под арест), Понтий быстро ориентируется в ситуации.
Необходимо отметить, что наместник императора заведовал его имуществом на данной территории. Его отношение ко всему происходящему там, было именно как к имуществу, которое, прежде всего, должно приносить славу и величие империи (доход). Поэтому вряд ли наместник имел какое-либо добровольное желание вникать в обычаи и верования местный «аборигенов». В рабовладельческой Римской империи отношение было соответствующее к покорённым территориям*, что объясняет невероятную жестокость римских наместников. Это не могло не приводить к всевозможным трениям, особенно с иудеями считавших себя по праву Божьим народом. И тут эти люди, вдруг, приходят к нему со своими внутренними «разборками».
*Примечание. «Именно пленные иностранцы составляли подавляющее большинство рабов в Древнем Риме, о чём свидетельствует анализ многочисленных письменных источников, в частности, надгробных надписей. … В понимании римлян, — пишет историк, — раб ассоциировался с иностранцем. Так же как древние греки считали всех варваров низшей расой, у которых естественным состоянием было рабство, такие же взгляды разделяли и римляне. Например, Цицерон писал о распространенном мнении, согласно которому некоторые расы предназначены для рабства.
С юридической точки зрения раб как личность не существовал; во всех отношениях он был приравнен к вещи (res mancipi), поставлен наравне с землей, лошадьми, быками (servi pro nullis habentur — говорили римляне (рабы считаются никем)). Закон Аквилия не делает разницы между нанесением раны домашнему животному и рабу» (портал ru.wikipedia.org).
Именно поэтому, узнав, что ап.Павел является Римским гражданином, городские чиновники испугались (Деян.16:37-39). Это указывает, что все остальные не имели такого статуса и прав в обществе и были практически на положении чуть ли не рабов. За нарушение закона даже городских чиновников римляне могли подвергнуть строгому наказанию, при этом их положение и статус не имели решающего значения.
Тем более обратившись с таким делом к прокуратору, иудеи явно имели свой умысел. Их расчет был на то, что римский наместник, слабо ориентирующийся в религиозных вопросах провинции, быстро примет решение. Как это обычно и бывает в подобных ситуациях, когда интересы иудейской верхушки совпадают с интересами Рима. Однако, он как прокуратор не мог не знать об Иисусе и том количестве людей собиравшихся вокруг Него. Толпы и большое количество народа не могли не привлечь внимание римских властей – что же там происходит, не назревает ли очередное восстание или возмущение масс вокруг какого-либо лидера? (ср.Деян.5:36,37; упомянутые убийства могли быть инициированы именно властями). Но как оказалось, Пилат был хорошо информирован по этому поводу и первоначальный расчёт иудейских властей не сработал. Иисус исцелял многих и в их числе были также и римские граждане, и даже солдаты, находившиеся на территории Иудеи (напр.Мф.8:5;27:54). Через таких лиц прокуратор мог иметь достаточно чёткое понимание того, что творится на подотчётной ему территории, как и упоминается об этом в евангелиях (см.Мф.27:18).
Имея такую картину происходящего, первоначально всё выглядит немного странным и даже бросается в глаза желание Пилата назначить Иисуса на пост Иудейского царя и он буквально цепляется за это, говоря об этом не единожды: «Тогда Пилат вошел внутрь, вызвал Иисуса и спросил Его: - Ты иудейский царь? … - Так значит, Ты все-таки царь, - сказал Пилат» (Ин.18:33-37;IBS). Прокуратор должен был отслеживать появление таких царей и предпринимать меры по их устранению, а тут сами иудею выдают ему того, кого он упустил из виду (т.с. «прохлопал» очевидное). Ему необходимо просто радоваться и тут же следовать всем их указаниям.
Однако, судя по всему, Пилат хорошо владел ситуацией и понимал, что деятельность Иисуса не приводила к каким-либо конфликтам с римскими властями (Он не призывал к восстанию и не высказывал что-либо против Рима). На что указывают слова Иисуса: «Если бы оно было от этого мира, то Мои подданные сражались бы за Меня, чтобы Я не был передан иудеям» (Ин.18:36;IBS). Пилат не возражает этому утверждению, понимая, что Иисус, имея вокруг Себя несколько тысяч людей, и имея огромную популярность в народе, мог легко организовать любое восстание, угрожавшее не только иудейским властям, но и римским (ср.Лк.13:31; где Ирод, имея, скорее всего, некоторые подозрения в этом, предпринимает некоторые действия; ср. с действиями его отца в Мф.2:3).
Римский наместник ни коим образом не хотел ввязываться в противостояние внутри иудейского общества, понимая, что он проиграет в любом случае (одни его возлюбят, другие возненавидят или наоборот; см.Ин.19:7,8; вряд ли Пилат догадывался кто на самом деле Сын Божий, но знал ожидания иудеев по этому поводу). Действуя так, иудейская верхушка решала свои задачи, перекладывая ответственность на Пилата. Поэтому, ища повод назвать и утверждая, что Иисус царь Иудейских, Пилат желает столкнуть лбами противоборствующие мнения внутри иудеев. Ведь Иисус имел большую популярность среди народа, и говоря так Пилат надеется, что кто-то из толпы вступится за Иисуса. Начнётся распря, что даст повод или затянуть дело или отложить его (тянуть время невыгодно было иудеям, ведь это действительно могло привести к этому). Однако к Пилату в большинстве своём были допущены, скорее всего, только верные иудейской верхушке люди*, или те, кто был ими введен в заблуждение (ср.Мф.27:20). Ведь накануне апостолы, как вероятно и другие ученики и последователи были рассеяны, и не имея лидера явно находились в замешательстве.
*Примечание. Часто встречающееся утверждение, что «та же толпа приветствовала Христа накануне и тут же осудила Его на смерть всего через день», не являются до конца верным. Оно больше исходит из утверждения того, что: «вот мы-то приняли Христа всем сердцем и не являемся такими глупцами, как они, отвергая очевидное». Это как бы подразумевает и утверждает: «что мы, понимая это, являемся носителями очевидных истин и все, кто это отвергает, уподобляется той глупой толпе (ведь они то это не поняли в отличие от нас)». Т.е. носит характер скрытого самоутверждения и превосходства. Т.е. «мы приняли истину беззаветно и всем сердцем, а кто это не сделал, сделал это намеренно, т.е. такой человек изначально злой…».
На невозможность мгновенно переменить своё мнение указывают и слова Иисуса в Мк.9:38,39. Хотя здесь говорится о людях, которым были даны некоторые способности, все же можно утверждать, что те, кто видел чудеса или получил исцеление не сразу могли забыть об этом (ср.Лк:24:19-21; как некое мнение об Иисусе в народе).
*Примечание. Прокура́тор (лат. Procurator — заведующий, управляющий) — в Древнем Риме название управителя вообще. Исторически так называли слуг, управляющих господскими имениями, затем, с появлением одноименной государственной должности — высокопоставленных чиновников, заведующих той или иной частью императорского имущества и управляющих провинциями.
По отношению к императору прокуратор был ответственным лицом; он должен был в каждом отдельном случае отдавать отчёт во всех своих действиях, не мог ни продавать императорского имущества, ни передавать его; он был только управляющим, хотя в указанных границах действия его имели силу действий самого императора.
Кроме провинциальных прокураторов, которые имели отношение к фиску и имуществу императора, были ещё procuratores Caesaris pro legato, которые управляли незначительными областями, относившимися к разряду императорских провинций (Каппадокия, Иудея). Эти прокураторы находились под контролем ближайшего императорского наместника (legatus pro praetore); так, Понтий Пилат был procurator Caesaris pro legato и подчинялся сирийскому наместнику…. После жалобы самаритян на кровавую расправу, учинённую Понтием Пилатом, в 36 году римский легат в Сирии Вителлий (отец будущего императора Вителлия) отстранил его от должности и отправил в Рим. Дальнейшая судьба Пилата неизвестна.
Правление Пилата ознаменовалось массовым насилием и казнями. Налоговый и политический гнёт, провокационные действия Понтия Пилата, оскорблявшие религиозные верования и обычаи иудеев, вызывали массовые народные выступления, беспощадно подавлявшиеся римлянами. Современник Пилата философ Филон Александрийский характеризует его как жестокого и продажного самодура, виновного в многочисленных казнях, совершённых без всякого суда. Иудейский царь Агриппа I в письме императору Калигуле также перечисляет многочисленные преступления Пилата: «подкуп, насилия, разбойничество, дурное обращение, оскорбления, непрерывные казни без вынесения судебного приговора и его бесконечная и невыносимая жестокость» (портал ru.wikipedia.org).
Действительно, иудеи, зная нрав и характер Пилата, скорее всего, рассчитывали на скорое его решение, поэтому выставляют дело без упоминания каких-либо подробностей: «…Пилат вышел к ним. - В чем вы обвиняете этого человека? - спросил он. - Не будь Он преступником, мы бы не привели Его к тебе, - ответили они. Пилат сказал: - Берите Его сами и судите по вашему закону. - Но у нас нет права никого казнить, - возразили иудеи» (Ин.18:29-31;IBS). Однако, заподозрив что-то неладное (состав и представительство делегации, время, а также поспешность накануне праздника, ведь этот вопрос можно было бы и отложить, отправив Иисуса под арест), Понтий быстро ориентируется в ситуации.
Необходимо отметить, что наместник императора заведовал его имуществом на данной территории. Его отношение ко всему происходящему там, было именно как к имуществу, которое, прежде всего, должно приносить славу и величие империи (доход). Поэтому вряд ли наместник имел какое-либо добровольное желание вникать в обычаи и верования местный «аборигенов». В рабовладельческой Римской империи отношение было соответствующее к покорённым территориям*, что объясняет невероятную жестокость римских наместников. Это не могло не приводить к всевозможным трениям, особенно с иудеями считавших себя по праву Божьим народом. И тут эти люди, вдруг, приходят к нему со своими внутренними «разборками».
*Примечание. «Именно пленные иностранцы составляли подавляющее большинство рабов в Древнем Риме, о чём свидетельствует анализ многочисленных письменных источников, в частности, надгробных надписей. … В понимании римлян, — пишет историк, — раб ассоциировался с иностранцем. Так же как древние греки считали всех варваров низшей расой, у которых естественным состоянием было рабство, такие же взгляды разделяли и римляне. Например, Цицерон писал о распространенном мнении, согласно которому некоторые расы предназначены для рабства.
С юридической точки зрения раб как личность не существовал; во всех отношениях он был приравнен к вещи (res mancipi), поставлен наравне с землей, лошадьми, быками (servi pro nullis habentur — говорили римляне (рабы считаются никем)). Закон Аквилия не делает разницы между нанесением раны домашнему животному и рабу» (портал ru.wikipedia.org).
Именно поэтому, узнав, что ап.Павел является Римским гражданином, городские чиновники испугались (Деян.16:37-39). Это указывает, что все остальные не имели такого статуса и прав в обществе и были практически на положении чуть ли не рабов. За нарушение закона даже городских чиновников римляне могли подвергнуть строгому наказанию, при этом их положение и статус не имели решающего значения.
Тем более обратившись с таким делом к прокуратору, иудеи явно имели свой умысел. Их расчет был на то, что римский наместник, слабо ориентирующийся в религиозных вопросах провинции, быстро примет решение. Как это обычно и бывает в подобных ситуациях, когда интересы иудейской верхушки совпадают с интересами Рима. Однако, он как прокуратор не мог не знать об Иисусе и том количестве людей собиравшихся вокруг Него. Толпы и большое количество народа не могли не привлечь внимание римских властей – что же там происходит, не назревает ли очередное восстание или возмущение масс вокруг какого-либо лидера? (ср.Деян.5:36,37; упомянутые убийства могли быть инициированы именно властями). Но как оказалось, Пилат был хорошо информирован по этому поводу и первоначальный расчёт иудейских властей не сработал. Иисус исцелял многих и в их числе были также и римские граждане, и даже солдаты, находившиеся на территории Иудеи (напр.Мф.8:5;27:54). Через таких лиц прокуратор мог иметь достаточно чёткое понимание того, что творится на подотчётной ему территории, как и упоминается об этом в евангелиях (см.Мф.27:18).
Имея такую картину происходящего, первоначально всё выглядит немного странным и даже бросается в глаза желание Пилата назначить Иисуса на пост Иудейского царя и он буквально цепляется за это, говоря об этом не единожды: «Тогда Пилат вошел внутрь, вызвал Иисуса и спросил Его: - Ты иудейский царь? … - Так значит, Ты все-таки царь, - сказал Пилат» (Ин.18:33-37;IBS). Прокуратор должен был отслеживать появление таких царей и предпринимать меры по их устранению, а тут сами иудею выдают ему того, кого он упустил из виду (т.с. «прохлопал» очевидное). Ему необходимо просто радоваться и тут же следовать всем их указаниям.
Однако, судя по всему, Пилат хорошо владел ситуацией и понимал, что деятельность Иисуса не приводила к каким-либо конфликтам с римскими властями (Он не призывал к восстанию и не высказывал что-либо против Рима). На что указывают слова Иисуса: «Если бы оно было от этого мира, то Мои подданные сражались бы за Меня, чтобы Я не был передан иудеям» (Ин.18:36;IBS). Пилат не возражает этому утверждению, понимая, что Иисус, имея вокруг Себя несколько тысяч людей, и имея огромную популярность в народе, мог легко организовать любое восстание, угрожавшее не только иудейским властям, но и римским (ср.Лк.13:31; где Ирод, имея, скорее всего, некоторые подозрения в этом, предпринимает некоторые действия; ср. с действиями его отца в Мф.2:3).
Римский наместник ни коим образом не хотел ввязываться в противостояние внутри иудейского общества, понимая, что он проиграет в любом случае (одни его возлюбят, другие возненавидят или наоборот; см.Ин.19:7,8; вряд ли Пилат догадывался кто на самом деле Сын Божий, но знал ожидания иудеев по этому поводу). Действуя так, иудейская верхушка решала свои задачи, перекладывая ответственность на Пилата. Поэтому, ища повод назвать и утверждая, что Иисус царь Иудейских, Пилат желает столкнуть лбами противоборствующие мнения внутри иудеев. Ведь Иисус имел большую популярность среди народа, и говоря так Пилат надеется, что кто-то из толпы вступится за Иисуса. Начнётся распря, что даст повод или затянуть дело или отложить его (тянуть время невыгодно было иудеям, ведь это действительно могло привести к этому). Однако к Пилату в большинстве своём были допущены, скорее всего, только верные иудейской верхушке люди*, или те, кто был ими введен в заблуждение (ср.Мф.27:20). Ведь накануне апостолы, как вероятно и другие ученики и последователи были рассеяны, и не имея лидера явно находились в замешательстве.
*Примечание. Часто встречающееся утверждение, что «та же толпа приветствовала Христа накануне и тут же осудила Его на смерть всего через день», не являются до конца верным. Оно больше исходит из утверждения того, что: «вот мы-то приняли Христа всем сердцем и не являемся такими глупцами, как они, отвергая очевидное». Это как бы подразумевает и утверждает: «что мы, понимая это, являемся носителями очевидных истин и все, кто это отвергает, уподобляется той глупой толпе (ведь они то это не поняли в отличие от нас)». Т.е. носит характер скрытого самоутверждения и превосходства. Т.е. «мы приняли истину беззаветно и всем сердцем, а кто это не сделал, сделал это намеренно, т.е. такой человек изначально злой…».
На невозможность мгновенно переменить своё мнение указывают и слова Иисуса в Мк.9:38,39. Хотя здесь говорится о людях, которым были даны некоторые способности, все же можно утверждать, что те, кто видел чудеса или получил исцеление не сразу могли забыть об этом (ср.Лк:24:19-21; как некое мнение об Иисусе в народе).