Стихи для исцеления души и укрепления нашей веры в Бога.

[Амила]

В просторном зале


В просторном зале города большого,
Безбожный лектор с речью выступал.
Он говорил: «Не верьте, люди, в Бога»,
И все святое дерзко отвергал.

Из уст его поток глумлений лился,
На тех, кто Иисуса признавал,
кто в век безбожья верил и молился,
Он их фанатиками называл.

В своих словах он долго изощрялся,
И, наконец, надменно произнес:
А может быть из вас кто попытается,
Мне доказать, что был таки Христос.

Может найдется тот, кто мне не доверяя,
науку нашу ставя ни во что,
В существованье верит ада, рая,
Ну, кто же выступит ... ну, кто?!

Но все молчали, хотя народа много,
На лекцию в том зале собралось.
Ну кто же постоит за веру в Бога?
хотя бы сердце смелое нашлось.

С ученым этим в споре трудно состязаться,
Поэтому молчат все … согласен кто иль нет,
И чтобы осмеянным не оказаться,
Никто не хочет дать ему ответ.

Но вдруг... в рядах невольно зашумели,
Идет, идет! Смотрите, есть один!
Все повернулись, и на самом деле,
Идет к трибуне скромный гражданин.

В простом пальто, с седою бородою
И было видно, уж в преклонных он годах.
К трибуне вышел, встал перед толпою,
Любовь светила в его старческих глазах.

И зал затих, все ждали с нетерпеньем,
О чем старик, осмелиться сказать?
Он помолчал минуту, и со смирением,
Пред всем народом начал возвещать.

Я – человек простой и неучёный,
И не берусь научно доказать,
Что есть Господь! но я, Им сотворенный,
хочу из жизни случай рассказать.

Я родом из далёкой деревушки,
Раскинутой над быстрою рекой.
На самом берегу стоит моя избушка,
В которой вырос я, стал с детства рыбаком.

Однажды ночью разразилась буря,
Какой ещё я в жизни не видал,
И описать тот ужас не могу я.
Какой тогда с моей семьею испытал.

Нависли тёмные густые тучи,
Дождь непрестанно нам в окно хлестал,
Сверкала молния, и гром гремел могучий,
И ветхий домик наш шатался и трещал.

Я выскочил скорей, тревоги полный,
Чтобы свой челн покрепче привязать.
А на реке вздымались грозно волны.
Реки знакомой я не мог узнать.

На ней за валом новый грозный вал катился,
И сильный ветер рвал деревья у реки.
Весь берег каменистый разорился,
И эти камни разбивались на куски.

И вдруг сквозь бурю, вы вообразите!
Услышал я, как из пучины волн.
"Спасите люди, добрые, спасите!"
Донесся чей-то крик отчаяния полн.

Я прежде никогда в такую непогоду,
Не выезжал рыбачить в челноке.
Ужели же теперь под грозным небосводом,
Погибну я в бушующей реке?

Ведь у меня жена и трое деток.
Я должен жизнь свою беречь для них,
Что пользы – коль сейчас пожертвую собою,
Оставив в мире сиротами их?

Но вновь из волн донесся крик ужасный,
Кричали чьи там в отчаянии уста.
Я разобрал тогда довольно ясно,
"Спасите же меня, люди, ради Христа!"

И это Имя, чудное и святое.
Коснулось нежно сердца моего.
Он за меня пожертвовал Собою -
отдам и я, коль нужно, жизнь свою ради Него.

Я на колени быстро встал и помолился.
И вновь поспешно челн свой отвязал,
В пучину грозную на нем спустился,
К тому, кто в ней от Бога помощи так ждал.

И вот, каким- то чудом непонятным,
В изнеможении средь стихии злой,
Подплыл к нему я и взял его в свой челн,
И вновь обратно... уже к берегу гонимые волной.

Потом, огромной радостью объятый,
На берегу я Бога прославлял
И взяв спасенного, уже как брата,
В свой дом убогий на ночлег принял.

И в моем доме он поел, согрелся,
И отдохнул от всех своих невзгод,
Со мною вместе плакал и молился,
И говорил: Что спас его сам Бог.

А по утру когда он расставался,
Меня благодарил и обнимал,
Я говорил ему: Ты жив остался,
Смотри, чтоб Господа не забывал.

Прошли года и никогда доныне,
Не приходилось мне встречаться с ним,
Теперь смотрю… стоит он на трибуне,
Надменный, полный сил и невредим.

Когда он стал над Богом насмехаться,
Знакомый голос и черты лица.
Да это ж он! Не мог я обознаться,
Как он забыл о милостях Творца?

И это человек Христа поносит,
И тех, кто сердцем верует в Него,
Когда же тонет, сил у Бога просит,
Зовет на помощь именем Его.

Речь старика стремительным порывом,
Сорвала с лектора весь грозный вид,
В портфель собрав доклад свой торопливо,
Он покраснел, смутился и молчит.

Всем было видно — совесть его мучит,
И он в смущении тихо прошептал.
— Да, верно, был такой со мною случай,
Все это правда, что старик сказал.

А сам поспешно взяв свою одежду
И никому ни слова не сказав.
Как человек утративший надежду,
Под шум толпы, скорей покинул зал.

Мой друг! А ты, прослушав эту повесть,
И для себя уроки извлекай,
Не заглушай, не усыпляй же совесть,
Сегодня - сердце твое Господу отдай.

Не жди когда тебя застигнет буря,
когда беда настанет над тобой,
Скажи Ему сегодня: Боже всемогущий,
В житейском море погибаю я.
Спаси, помилуй и средь тьмы гнетущей,
Небесным светом озари меня.

И будь уверен, Он придет с любовью.
И свет небесный в твое сердце изольет,
Грехи твои омоет кровью,
Тебя давно Он с нетерпеньем ждет.
(из Инета)

[Амила]

Даже упав, вновь решайся на взлет,
Жизнь твои крылья не зря мастерила.
Помни, что Бог никогда не дает
Ноши, которая нам не по силам.

Татьяна Карлова